Популярные журналы для детей:"Классный журнал"
"ПониМашка"
Новые работы на конкурс рассказов для семейного чтения «Мы и наши маленькие волшебники!»

Новые работы на конкурс рассказов для семейного чтения «Мы и наши маленькие волшебники!»

Продолжаем публиковать рассказы, которые приходят на конкурс рассказов для семейного чтения «Мы и наши маленькие волшебники!», впервые проведённый «Классным журналом» и «Литературным агентством Софии Агачер» в 2018 году. Сегодня вашему вниманию представляются рассказы Сергея Истомина из Белозёрска.

 1

Как я не стал музыкантом

– Так не доставайся же ты никому! – громко крикнув, я со всей дури треснул кларнетом по табуретке.

Кларнет, жалобно всхлипнув, взял фальшивую ноту  и  развалился на части. Мои  две сестры  суммарно старше  меня  на шесть лет  с  криками: «М-а-ма!» резво стартанули  на  кухню.

Я был  третий. Самый младший. Во мне ещё не проснулся дипломат,  и  споры, подобные этому, я решал единственно возможным для себя способом – сломав, разбив  и  уничтожив. В ответ силы добра  в  лице моей мамы накладывали  на  меня епитимью  в  виде ремня по мягким частям неразумного тела. 

Мама вышла из кухни и, посмотрев на разбитый инструмент, тихо вздохнула:

–  Видимо  не  получится из тебя музыканта.

Я хотел ей возразить  и  указать на то, что  в  доме есть  ещё и пианино, и нужно дать человеку ещё один шанс, но промолчал. А мама поступила нелогично. Она взяла меня за руку и отвела в Дом спорта в секцию футбола.  

Пинать мячик было забавно. Иногда я  попадал по нему, а иногда даже умудрялся попасть мячом в ворота. И всё было хорошо, пока в моей голове не поселилась мысль, что я, как профессиональный футболист, остановился в своем развитии. И тогда я отправился в библиотеку. Это сейчас маленькие мальчики и девочки на все свои вопросы могут найти ответы в Интернете, либо у Бога. В наше время всё было немного иначе.

Прочитав книгу «Как стать настоящим футболистом», я понял, что у нас был плохой тренер и перешёл в секцию под названием «Лыжи». Этот переход позволил мне стать лучшим лыжником среди футболистов и лучшим футболистом среди лыжников. Хотя? Кого я пытаюсь обмануть?!

Зато это были самые счастливые моменты в моей спортивной карьере.

Как я не стал Ален Делоном

– А давай мы тебе волосы покрасим? Будешь, как Ален Делон! - вполне миролюбиво и как бы невзначай предложили две сестры Надя и Люба, надвигаясь на меня греческой фалангой. В руке у каждой был пакетик с названием «Хна».

Кто такой Делон, я не знал.

«Но он явно был не из нашего класса, возможно, кто-то из старшеклассников», – сделав такой вывод, я опрометчиво согласился на изменения своей внешности. Да-а-а. Я был смелый и глупый и хотел быть старше. И уже утром в зеркало рассматривал своё отражение с рыжей копной волос на голове.

Рыжий у нас в классе был и звали его Валера.

«Ален Делон не мог быть рыжим», – с этой мыслью я отправился  в  школу.  И  не потому, что был ответственным и дисциплинированным мальчуганом,  всё было  проще –  в  моём молодом мозгу ещё  не  успели поселиться тараканы, комплексы и предрассудки.

– Истомин, ты ничего не перепутал? – с такого вопроса начался урок литературы. – Встань!

Я встал.

– Истомин, у нас тут школа! Не цирк и не полигон для воплощения больных фантазии, – учитель явно начинал закипать. – Сейчас ты пойдёшь домой и подумаешь о своём поведении, а завтра… Повторяю: завтра придёшь  в  школу нормальным, советским пионером. Всё понял?

Я кивнул.

– Тогда иди.

И я  пошёл. В парикмахерскую.

– Вот  и  хорошо, вот и хорошо, – глядя  на  детские слёзы, твердила женщина средних лет, состригая золотистые вихры и превращая мою голову  в  бильярдный шарик.

«Ничего хорошего. Вы ничего  не  знаете  и  ничего не понимаете», –  в  этот момент  я  вдруг отчётливо осознал, что взрослые тётеньки совсем не понимают маленьких мальчиков и не понимают причину их слёз. 

В тот день я решительно разлюбил литературу и полюбил математику.  

Я, лошадка и велосипед

– Это тебе! Владей! – сказали сёстры, и, снисходительно похлопав меня по плечу, ушли в новый этап своей жизни – отрочество.

Я остался в детстве совсем один, да ещё и с велосипедом «Орлёнок» на руках. Он, как переходящий вымпел, переходил от старшего к младшему и теперь заслуженно стал моим двухколёсным другом. Сказать, что я был рад этому обстоятельству, значит сказать неправду. Я был безумно счастлив. Раньше мне по наследству переходили только валенки, как правило, штопаные, и коньки, которые крепились к ним при помощи верёвок и палок. А тут!

Прямо передо мной стояло лето и целый велосипед.

Я вышел с другом за ворота, запрыгнул в седло и лениво покатил по набережной в сторону центральной лавы. Лава – это баржа, своего рода разводной мост, соединяющий берега обводного канала. Сейчас она была разведена, потому что по водной глади, пыхтя и мощно работая винтами, маленький буксир с трудом тащил большую вязанку плотов, сцепленных между собой цепями. Солнце нещадно палило, речной паровозик медленно полз, а противоположный берег скрывал огромное озеро, которое манило горожан своими пляжами. Толпа любителей пляжного отдыха, пытаясь охладить себя, обмахивалась полотенцами и, посылая лучики добра в сторону кораблика, нетерпеливо переминалась с ноги на ногу.

Я подъехал к переправе и, не слезая с велосипеда, прислонился к перилам, а перпендикулярно мне на обочине дороги чего-то ждала лошадка-ассенизатор, запряжённая в повозку. На телеге стояла бочка. Небо над ней прикрывала эскадрилья жирных мух. Шум их крыльев заглушал шум винтов буксира, а запах из бочки щипал нос и разъедал глаза. На облучке сидел мужичок и доедал пирожок. От этой картины мне стало дурно, и я решил немного покататься, лошадка – тоже.

Синхронности наших движений позавидовали бы даже фигуристы парного катания. Одновременно оттолкнувшись от земли, мы рванули навстречу друг другу и уже через пару секунд наши траектории пересеклись. Исполнив перед лошадиной мордой каскад тройных прыжков, я поскользнулся и упал. Невольные зрители ахнули, снизив мне оценку за исполнение, но выставив высший балл за артистичность. Лошадка, нисколько не смутившись, закончила номер: весело гремя подковами, проскакала по мне и, расплёскивая содержимое бочки, унеслась в сиреневую даль вместе с мухами, ароматами и стремительно поседевшим дедом.

Я встал целым и невредимым. Осмотрел себя, велосипед и обнаружил, что мой друг получил травму несовместимую с жизнью. Притащил его домой и бросил умирать у забора, при этом совесть меня совсем не мучила.

Вечером пытаясь объяснить маме, что жизнь должна быть полна приключений, мне совсем чуть-чуть не хватило аргументов и мама ремнём «перепрошила» мою материнскую плату. Оказалось, совсем не страшно.

На следующий день, обновлённый и абсолютно счастливый, я вышел из дома и отправился в баню. Но так как шило в одном месте никуда не делось, то я очень быстро перешёл на бег, а затем и вовсе полетел, вращая пакетом с вещами у себя над головой, и… неожиданно потерял мочалку.

Но это уже совсем другая история.

Первый побег

Когда я был совсем маленький, то ходил в детский сад санаторного типа. Это такая маленькая тюрьма для маленьких мальчиков и девочек. В этом санатории я находился каждую неделю в течение пяти суток в окружении детей, измученных манной кашей с комками, кипячёным молоком с пенкой и прочим нарзаном под пристальным надзором воспитателей и нянечек, лишённый права на свидания, переписку и личную жизнь.

Вечером в пятницу меня выдавали на поруки маме, а уже утром в понедельник мама отправляла меня под конвоем двух сестёр обратно к месту лишения свободы. Путь был долгим, хотя садик находился совсем рядом.

Я брёл по дороге, как ссыльный по сибирскому тракту, взывая к Всевышнему, валяясь в дорожной пыли и используя малейшую возможность крепко обнять дерево или столб, оторвать меня от которого у одной сестры не было ни единого шанса.

Теперь я знаю, почему в нашей семье их было двое.

Пересчитав все столбы, наша траурная процессия медленно, но верно приближалась к промежуточному финишу под названием «Аптека». Это важно.  

Именно за аптекой начиналась территория несвободы. Едва завидев стены своих застенков, я окончательно терял веру в Бога, в моё тело вселялись бесы, и оно пускалось в бега. Устраивало сатанинские пляски и начинало водить хоровод с кустами. Обряд изгнания сатаны при помощи заранее купленного в аптеке гематогена на короткий срок стабилизировал моё состояние, уводил в мир грёз и наслаждений, делая покладистым и сговорчивым, чем умело пользовались мои конвоиры.

– Ты что?! Это же всего лишь пять дней! Они пролетят так быстро, что ты даже не успеешь доесть свой гематоген, – нашёптывая на ухо, сёстры заталкивали меня в садик, нянечки тут же запирали двери на все запоры и заколачивали окна. Очередной срок отсидки начинал свой отсчёт. Сколько я их отмотал? Уже и не помню. Зато помню свой первый побег.

Вечерело. Солнце клонилось к закату. Повара на кухне, весело гремя поварёшками, уверенно разогревали кашу в жертвенных котлах. Воспитатели, распознав в знакомых запахах сигнал к ужину, сообразили, что пришло время поститься. Стали собирать нас в стайки и загонять с прогулки в здание. Я следил за всеми, делая вид, что увлечённо вымываю свою обувь и вот-вот закончу, а воспитательница следила за мной. Моя старательность тронула её сердце, растопила лёд в наших отношениях и заставила поверить в то, что маленький дурачок сломался и уже не опасен. И это была её ошибка. Она оставила меня одного. На минуту. С ловкостью прыгуна в высоту я перемахнул через двухметровый забор и рванул в сторону родного очага, а нужно было бежать в сторону мексиканской границы.

Прибежав домой, я уверенно распахнул дверь и добрым молодцем ввалился в избу.

– Вернулся! – всплеснула руками мама.

– Ма-ам! Ты только не ругайся, – дрожащим от волнения голосом пролепетал я в ответ и, почесав голодное пузо, прошёл на кухню.

Мама и две сестры метнулись следом за мной, молча и быстро накидали на стол всё, что было дома из съестного. Все сели.

И в этот момент в дверь постучали.

Положение о конкурсе смотрите на сайте http://agacher.com, рассказы сезона прошлого года и новые работы смотрите на сайте «Классного журнала» в разделе «Читать как дышать».

Об авторе

Сергей Истомин, 50 лет, Белозёрск: С 26 августа 2015 года совершенно случайно и неожиданно для себя начал писать рассказы, хотя ничего не предвещало такого поворота в моей жизни и даже не было предпосылок. Но случайная встреча заставила взяться за перо. «Попал под гипнотическое влияние» - именно так написал один из моих читателей. Видимо, да. В тот день я случайно столкнулся с бездомным котом. Сделать фото, выложить в интернете и подписать: «У меня появился кот» – было неинтересно. Тем более сама встреча была похожа на маленькое приключение. С этого всё и началось.

 1

Об организаторах

«Классный журнал» (http://classmag.ru) – современный интерактивный журнал для детей 7-13 лет – издательство «Открытые системы» выпускает с 1999 года. Журнал выходит два раза в месяц, тираж каждого номера 46,4 тыс. экземпляров. Издание распространяется по всей России по подписке и в розницу. Подробно о «Классном журнале» и о журнале «ПониМашка» см. по ссылке (там же можно скачать и несколько выпусков).

1

София Агачер  (agacher.com),  писатель, автор книги для семейного чтения «Рассказы о Ромке и его бабушке», создатель «Литературного агентства Софии Агачер». Врач, живёт и работает в Москве и в Чикаго. Считает, что книга – это живое существо, а игра – один из основных способов общения взрослых и детей. По её мнению, конкурс коротких рассказов «Мы и наши маленькие волшебники» тоже может стать увлекательной игрой для всей семьи, поскольку вместе можно не только читать, но и сочинять, рисовать и фотографировать.

  1

См. также программу «Классное детство» на канале «МедиаМетрикс» гостем которой была София Агачер и два финалиста первого сезона  конкурса «Мы и наши маленькие  волшебники!» Владислав Гранатович и Илья Ерёмин.


Поделиться: